zvp68875.0

Шалимов отжигает

239 сообщений в этой теме

– Я не буду комментировать никак. Да ну, бред какой-то, не буду говорить.

– Почему вы удалили пост про Кононова?

– Устал я, бред какой-то. Замучили меня. Поэтому удалил.

– От своих слов не отказываетесь?

– Хватит мне задавать вопросы. Вы задали, я вам ответил.

– Пока не удалили пост, то переписывались в комментариях с пользователем kononovoleg66. Вы понимали, что это фейковый аккаунт Кононова?

– Конечно, понимал.

– Вы отвечали не на полном серьезе? «Не заикайся и не мычи» и все остальное.

– Смотрите, Олег Кононов [в инстаграме] - это фейк. Считайте, что я тоже фейк. И все. А дальше пусть все додумывают.

– То есть @shalimov_igor8 - неофициальный аккаунт? Понятно.

– Кононов – фейк, Шалимов – фейк. Додумывайте дальше. Я не знаю, кто там может влезть. Если Кононов будет не фейк, я буду не фейк тоже.

– Вы не связывались с Кононовым? Почему было не сказать ему об этом аккуратно?

– Зачем?

– «Олег, ты выразился неточно, выставил себя дураком. Нужно извиниться». Лучше было сделать как вы, а не лично?

– У меня вот вопрос: зачем мне ему об этом говорить? Я увидел, что Кононов сказал, и меня это просто взбесило, если честно. И мне надо ему позвонить, да?

– Вы уточняете, что не говорите о Кононове как о тренере.

– Не говорю.

– Но тут же спрашиваете: «Как вы хотите, чтобы команда с таким тренером что-то выиграла?»

– Через час перезвоните мне. Подумаю, что ответить, – сказал Шалимов.

Дальше Шалимов продолжать разговор отказался.

sport24

Изменено пользователем Luzern
0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
53 минуты назад, Luzern сказал:

– Я не буду комментировать никак. Да ну, бред какой-то, не буду говорить.

– Почему вы удалили пост про Кононова?

– Устал я, бред какой-то. Замучили меня. Поэтому удалил.

– От своих слов не отказываетесь?

– Хватит мне задавать вопросы. Вы задали, я вам ответил.

– Пока не удалили пост, то переписывались в комментариях с пользователем kononovoleg66. Вы понимали, что это фейковый аккаунт Кононова?

– Конечно, понимал.

– Вы отвечали не на полном серьезе? «Не заикайся и не мычи» и все остальное.

– Смотрите, Олег Кононов [в инстаграме] - это фейк. Считайте, что я тоже фейк. И все. А дальше пусть все додумывают.

– То есть @shalimov_igor8 - неофициальный аккаунт? Понятно.

– Кононов – фейк, Шалимов – фейк. Додумывайте дальше. Я не знаю, кто там может влезть. Если Кононов будет не фейк, я буду не фейк тоже.

– Вы не связывались с Кононовым? Почему было не сказать ему об этом аккуратно?

– Зачем?

– «Олег, ты выразился неточно, выставил себя дураком. Нужно извиниться». Лучше было сделать как вы, а не лично?

– У меня вот вопрос: зачем мне ему об этом говорить? Я увидел, что Кононов сказал, и меня это просто взбесило, если честно. И мне надо ему позвонить, да?

– Вы уточняете, что не говорите о Кононове как о тренере.

– Не говорю.

– Но тут же спрашиваете: «Как вы хотите, чтобы команда с таким тренером что-то выиграла?»

– Через час перезвоните мне. Подумаю, что ответить, – сказал Шалимов.

Дальше Шалимов продолжать разговор отказался.

sport24

Кризис среднего возраста, однако...

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Из-за чего сыр-бор: Свет от Черенкова. Рабинер – о 60-летии со дня рождения Мастера и о том, что не смогло его омрачить / Кононов плохо сформулировал, а Шалимов – оскорбил. Разница очевидна. Непонятно откуда у Шалимова такая ненависть к Кононову, ведь именно он его заменил в "Краснодаре"

Скрытый текст

Свет от Черенкова. Рабинер – о 60-летии со дня рождения мастера и о том, что не смогло его омрачить / Кононов плохо сформулировал, а Шалимов – оскорбил. Разница очевидна. Непонятно откуда у Шалимова такая ненависть к Кононову, ведь именно он его заменил в "Краснодаре"

spartak-cherenkov-fedya-090.jpg Со вчерашнего дня 60-летия Федора Черенкова у меня сохранится много добрых и светлых воспоминаний.

Проникающие в самое сердце слова отца Виталия, духовного наставника Федора в последние годы жизни и болельщика "Спартака", ярко вспоминавшего свои эмоции в момент победного гола Черенкова в Бирмингеме. А потом рассказавшего, как Федя делился с ним сокровенными мыслями: "Отец Виталий, мне о душе нужно было думать, а я мячик гонял". И священник его переубеждал, говорил, что у него дар Божий, и он должен приносить радость людям. А примерно за два месяца до ухода Черенков – видимо, уже что-то чувствовавший – вдруг спросил отца Виталия: "Я попаду в рай?"...
       
 
 
1f0cf7016b5d.jpg

...Приход на Троекуровское кладбище к церемонии в 11 утра семи человек из основного состава "Спартака" (капитан Джикия, вице-капитан Зобнин, экс-капитан РебровДжано, которого Федор называл своим любимым игроком современного "Спартака", молодые Игнатов и Умяров, легионер (что достойно отдельного упоминания и уважения) Жиго во главе с Олегом Кононовым, который ради этого перенес на три часа дня запланированную изначально на утро тренировку.

large.jpg

...Разговор около школы с Алекс Данилов (Alex Danilov), кинооператором, который снимал 13-летнего Черенкова для детского фильма известного режиссера Исаака Магитона "Ни слова о футболе". Они сдружились с Федей, и Александр в красках рассказывал, как приехал в Тарасовку в 80-м году после победы сборной СССР над Бразилией на "Маракане" (когда Черенков сравнял счет) и увидел нескольких спартаковцев, разгуливавших по открытой тогда для публики базе в желтых бразильских майках. У Феди на нее была накинута куртка. "Какой у тебя номер?" – поинтересовался Данилов. Тот показал – 13-й. Оператор поразился: "А почему же не десятый?" – "Оганесян из-под носа увел", – улыбнулся Черенков.

...Объятия Никиты Симоняна и Рината Дасаева у мемориала Федора в школе, где он учился. Великий вратарь, сейчас очень редко появляющийся на публичных мероприятиях, но вчера пришедший с женой-испанкой, большую часть времени был довольно хмур и задумчив – хотя его, понятно, разрывали на части. Но как же он просиял, увидев Никиту Палыча! И с каким восторгом все слушали мощную, энергичную речь 92-летнего Симоняна, до того минут двадцать простоявшего и никак не получавшего от чего-то не сообразившей женщины-организатора от школы слова! В итоге к микрофону вышел ветеран "Спартака" Александр Мирзоян – и, чтобы слово опять не предоставили какому-нибудь чиновнику, сыграл на опережение и позвал к микрофону Симоняна. И тот дал жару – как умеет. И ни тогда, ни потом ни буквой не обмолвился, что кто-то к нему отнесся без должного уважения.

large.jpg
Мне посчастливилось увидеть самое (или почти самое) начало этой истории. В прошлом октябре два обожающих Черенкова и настойчивых энтузиаста, одноклассник Федора Александр Беляев и известный болельщик Альберт Ермаков, загорелись идеей создания мемориала. Привели нас с Владимиром Галединым, тогда как раз активно работавших над книгой, в школу (в каком же очаровательном месте она находится!), все показали и рассказали. С зарисовками черенковского детства от Беляева. А потом мы пошли на прием к директору Илье Морозову, о чем Беляев с Ермаковым заранее договорились. Долго общались с ним, рассказывали о Черенкове и об идее увековечения его памяти в родной школе к 60-летию со дня рождения.

Очень часто подобные беседы ни во что не выливаются. Но не здесь. Беляев с Ермаковым были неутомимы и не давали никому ни секунды покоя, Морозов оказался человеком слова. И, кстати, при подготовке книги нашел и передал нам страницы аттестата Федора со всеми оценками!
И в итоге все они сделали огромное дело, за которое все поклонники Черенковаи "Спартака" должны поклониться им в ноги.

large.jpg


...Матч между командами школы, в которой учился Федор, и академии "Спартака" имени Ф.Ф.Черенкова, под бодрый комментарий Георгия Черданцева, который – знаю это точно, поскольку мы учились в одной школе – рос на Федоре и так же, как и я, едва ли пришел в профессию, если бы не он. Все происходило на том самом кунцевском школьном поле, которое когда-то построила учительница физкультуры Елена Маркина и где часами пропадал юный Черенков, который иной раз ставил себе цель начеканить пятьсот раз подряд – и, пока она не выполнялась, домой не возвращался. Даже затемно.

Понятно, что силы в матче были неравны – профессионалы играли против любителей. Итоговый счет – 1:7. Но держались школьники как могли – и только во втором тайме "посыпались". Особо героически отбивались вратарь Даниил Соколов и центральный защитник, 77-й номер Илья Финогенов. Последнему мы с Владимиром Галединым и вручим книгу "Федор Черенков" как лучшему, на наш взгляд, игроку у команды хозяев. А у команды академии, как я уже писал, нас очарует 20-й номер Леня Васильев, умный, техничный, с дриблингом и пасом. Будет безумно приятно, если ему суждено стать хорошим футболистом.Пусть даже и не таким, как Федя. Хотя по манере – похож, ей-Богу! И книгу ему мы вручали с удовольствием и надеждой.



large.jpg
 

...Рассказ Георгия Черданцева о том, что из его разговора несколькими часами ранее с президентом РФС Александром Дюковым выяснилось: мое предложение, сделанное 11 июля во время презентации книги, об учреждении приза имени Федора Черенкова за высокое спортивное мастерство и верность футболу не осталось неуслышанным, и такой приз скоро появится!

...Наконец, добрый и душевный ужин в компании с Анастасией Черенковой, дочкой Федора, организаторами и вдохновителями праздника Альбертом Ермаковым и одноклассником Черенкова Александром Беляевым, еще тремя его соучениками, фотографом Федей Кисляковым, приятельствовавшим со своим легендарным тезкой. Он показал на экране подборку из нескольких сотен своих фотографий Черенкова, во время которых мы все затаили дыхание. Ведь перед нами проходила вся его жизнь.

А потом один из одноклассников рассказывал, как обыгрывал Федора в буру ("В футбол он играл лучше, чем в карты"). Другой вспоминал, как Федя был очень невысоким, и, чтобы вытянуться, вис на перекладине, а младший брат Виталик тянул его за ноги. Третий говорил, как Черенков проводил в школе викторины – с вопросами, например, о том, каковы размеры футбольных ворот.
large.jpg


Замечательной была история от одноклассника по фамилии Федоров. Однажды, говорил он, катались на уроке физкультуры на лыжах. Федор явно финишировал первым, но учительница Маркина что-то перепутала и перед всеми сказала: первое место занял Федоров. Так Черенков ни слова не сказал, что это не так, он готов был отдать другому честно завоеванную им победу! Но тут же разобрались, тем более что и сам Федоров сказал, что ему чужого не надо. Вообще, чуть ли не хором рассказывали все трое, в классе все были равны и стояли друг за друга. Так их воспитали. Федя был лидером только на поле, а за его пределами был равным среди равных – даже когда у него пошли серьезные успехи в спартаковской школе...
Запомнились грустные слова Насти Черенковой ближе к концу ужина: "В жизни папу можно было обвести вокруг пальца. В футболе – нет..."
large.jpg


Остался ли по итогам этого светлого, но грустного дня какой-то осадок? Увы, да. По трем моментам. Перечислю по мере усиления.
О первом я уже сказал – как организаторша от школы уткнулась в бумажку с изначальным планом и, как ей ни говорили, долго не давала слова Симоняну, пока Мирзоян это просто не продавил.

Второе – минимум болельщиков из тех, кто гордо называют себя активными. Да, порадовало, что пришел человек с флагом, на котором изображен портрет Черенкова, который можно видеть на трибуне В во время каждого домашнего матча "Спартака". Но он, кажется, был вообще один.
А остальные? Кричать в интернетах, как, кому и за кого надо болеть, говорить и писать, гнобить отдельных игроков, присваивать себе монополию на "правильное" боление – это, значит, можно. А при том, что в миллионе мест было объявлено, где состоится церемония в честь Черенкова и что вход туда свободный, не прийти ради памяти ТАКОГО футболиста и человека любимой команды...

Конечно, каждый решает это для себя сам. Да, многие работают. Но отчего-то людям это не мешает, допустим, за пару дней до матча в будние дни срываться на выезды и как-то решать на работе этот вопрос. А тут, когда нужно на часок-другой сгонять в Кунцево, – видите ли, времени нет.


И третье. Самое для меня дикое. История с Кононовым и Шалимовым. Специально оставил ее на самый конец, потому что говорить об этом вначале, когда рассказываешь о таком светлом дне, – значит смещать акценты и выставлять негатив на первый план, чего делать нельзя ни в коем случае.

Да, Кононов выразился неудачно. Может, даже очень неудачно. Красивые, сочные формулировки вообще не относятся к числу его достоинств. Хотя болельщикам "Спартака" лучше бы обратить внимание на другие, по-настоящему важные его слова: "Есть такие звезды, как Кройф и Платини, Федор находится наравне с ними. Мы должны всячески говорить об этом. Не только у нас, но и во всем мире. Должны ценить своих ветеранов, смотреть их игры".
Кононов плохо сформулировал, а Шалимов – оскорбил. Разница очевидна.

И давайте судить по делам. Главный тренер "Спартака" Кононов, у которого через два дня игра, перенес на три часа дня тренировку. Приехал сам и почтил память Черенкова. Благодаря такому решению приехали и игроки – пусть не все (никто никого не обязывал и правильно делал), но те, кто почувствовал в этом потребность.

А Шалимов, который больше пяти лет играл в "Спартаке" с Черенковым, живет в Москве и сейчас ничего не делает, не появился ни на кладбище, ни в школе. В отличие от Симоняна, Дасаева, Гаврилова, Шавло, Мирзояна, Сочнова, Новикова и других. Или, может, ему персональное приглашение надо было выслать?
Нет, опять же, никто никого не обязывает. Каждый поступает так, как велит ему сердце. Но, если ты не считаешь нужным приехать в любое из двух мест в разное время дня и почтить память своего партнера, то у тебя нет морального права осуждать Кононова за неудачно подобранные слова. Не говоря уже о праве оскорблять и называть "дебилом", которого нет ни у кого ни по каким причинам.

И, кстати, это не Кононов заменил Шалимова в "Краснодаре", а Шалимов – Кононова. Оттого тем более загадочна природа этой выплеснувшейся ненависти.

Честно говоря, когда я прочитал слова Шалимова, то с трудом сдержался от очень жесткого комментария в соцсетях. И не сделал это только из уважения к памяти Федора Черенкова, который, будучи бесконечно добрым и смиренным человеком, не употреблял таких слов никогда, даже в ответ на самые горькие обиды.
Скажу только одно: после всего этого мне будет неприятно, если Шалимовкогда-либо возглавит "Спартак". К чему главный зачинщик "письма четырнадцати", как видно из его интервью, сильно стремится. Называя себя чуть ли не единственным тренером, способным поставить команде спартаковский футбол...

Очень грустно заканчивать на такой ноте материал о чудесном дне, в который десятки людей вложили всю душу. И одному человеку, как бы он ни старался, невозможно омрачить день 60-летия Федора Черенкова. День его родных, день Никиты Симоняна и Рината Дасаева, Юрия Гаврилова и Сергея Шавло, Александра Мирзояна и Сергея Рожкова, Сергея Новикова и Владимира Сочнова, день отца Виталия, который произнес потрясающие слова на могиле Федора, день организаторов праздника в школе Александра Беляева и Альберта Ермакова, день директора школы Ильи Морозова и директора музея "Спартака" Алексея Матвеева, день лучших игроков детского матча Леонида Васильева и Ильи Финогенова, день Олега Кононова и Георгия Джикии, Романа Зобнина и Джано Ананидзе, Самюэля Жиго, Михаила Игнатова и Наиля Умярова...

Спасибо им всем. Добра им и милосердия. Тех, что были в избытке у Федора Черенкова.

1280_864_max.jpeg

 

Источник: www.sport-express.ru
 
 
–45

Ну, и пару слов вдогонку... Фёдор Черенков, которого вы не знали. Часть 2: прическа, болезнь, Франция

Скрытый текст

Федор Черенков, которого вы не знали. Часть 2: прическа, болезнь, Франция

spartak-cherenkov-41.jpg Продолжение уникальной трехчасовой беседы о легендарном футболисте "Спартака" и сборной СССР, которому 25 июля исполнилось бы 60 лет, с его первой женой Ольгой, дочерью Анастасией и родным братом Виталием. Самые важные отрывки из нее опубликованы в книге Игоря Рабинера и Владимира Галедина "Федор Черенков", недавно вышедшей в знаменитой серии "Жизнь замечательных людей" издательства "Молодая гвардия". В "СЭ" интервью приводится в полном объеме.
 
7eb87f5e1768.jpg

После ранней смерти отца Федор стал более ответственным

– Как на Федора подействовала ранняя смерть отца? Не ушел ли он в себя, не замкнулся ли?
Виталий: – Нет. Единственное, что я почувствовал, – он стал более ответственным. Даже слишком ответственным. Помню, что Федор постоянно, как только у него появлялись деньги, пытался меня одеть. Все – в семью! Причем для меня это были диковинные вещи. Привозит, например, какие-то кроссовки. У нас-то в СССР в то время мало что было. Я так удивлялся, когда их надевал, – настолько удобные и мягкие! И еще подошва у них была белая. Это было так необычно, что я даже боялся в них во двор выйти. У брата был хороший вкус. Он привозил только качественные вещи.
Ольга: – У него всегда было чувство справедливости. И если он привозил что-то Виталику, то обязательно и моему брату. Зеленая куртка, которую он как-то ему подарил, до сих пор на даче, в ней можно работать.
Анастасия: – Да ладно?!

Ольга: – Да, он привез ее Ромке (брату Ольги. – Прим. И.Р.), а тот отвез на дачу. Федор никогда не мог никого обидеть. А привезти какую-то вещь своему брату, не привезя моему, – это в его понимании было поводом для обиды.
Виталий: – Он не разделял свою семью и семью Ольги, для него она была общей. Только много позже я начал понимать и поражаться, как его на всех хватало. Столько внимания ко всем! А тогда все это казалось совершенно естественным.

От школьного портфеля до свадьбы во дворе

– В школе какое-нибудь прозвище у Федора было?
Ольга: – Он всегда был Черенок.
– Посмотрев оценки Черенкова в школьном аттестате, обнаружил, что ему лучше давались точные науки. Пятерка по алгебре, четверки по геометрии, биологии, астрономии. А по гуманитарным дисциплинам – сплошь тройки.
Анастасия: – Папа учился средне, я тоже видела аттестат. Мама – лучше. Я пошла в папу (смеется).
Ольга: – Я тоже склонялась к точным наукам.
Виталий: – А меня всегда упрекали, что я учусь хуже Федора.
– Одноклассник Александр Беляев рассказал нам, что Черенков давал ему списывать контрольные по математике – при том что учительница по прозвищу Веранда была очень строгая. Как ему это удавалось?
Ольга: – Не просто строгая – грозная! А удавалось, может, так: Вера Андреевна ходила в парике. И во время контрольной могла залезть под парик и начать чесать голову, теряя при этом концентрацию. Чем ребята и пользовались.
– Как вообще учителя к Черенкову относились?
Виталий: – С ними проблем не было. Он не был хулиганом.
Ольга: – Ему некогда было хулиганить. Тренировки! Всегда был спокойным парнем, к лидерству не стремился. В классе был равным среди равных. А ребята стали его выделять и уважать после того, как он начал играть в футбол.
Анастасия: – Мама помогала папе писать диплом в Горном институте.
Ольга: – Помню, откуда-то что-то переписывала, почерк у того человека был плохой. Было написано: "Забить шпуры", а я везде писала: "Забить шнуры". Потом думаю – какие шнуры, зачем их забивать?
Вообще, про институт помню, что учился он ответственно. Времени у него было мало, но его он отдавал учебе. Дома много чертил схемы шахт. Мне доверял подрисовывать породы земли, угля. С ребятами из института у него на всю жизнь остались дружеские отношения. У него остались большие впечатления от поездки на преддипломную практику в Приэльбрусье – и от природы, и от общения. Вообще, это у него был бурный период – много поездок, в том числе заграничных, два месяца в армии, принятие присяги...

– А как завязались ваши отношения с Федором? Одноклассники редко смотрят друг на друга как мужчины и женщины.
Ольга: – Он иногда мне говорил: "Давай я тебе портфель донесу". А потом уже девчонки в компании начали мне шептать: "Ты не видишь, что он влюблен в тебя?" Я отмахивалась: "Да ладно, бросьте вы! Просто компания и компания".
Анастасия: – А мама еще скромняшка такая...
Ольга: – Даже не могу вспомнить точный момент, когда мы сошлись. Видимо, стали взрослее. Это точно было, уже когда учились в институтах, на первом курсе. Из нашей компании в классе образовалось аж две семейные пары. Мы с Федором и Паша Мизунов с Леной Кузьминовой.
Виталий: – Я уже не мальчик, но вспоминаю эти удивительные, чистые, праздничные отношения – и удивляюсь. Очень редко такое можно встретить между людьми. Они так скучали друг по другу! Еще когда мы жили в Кунцеве, я его часто заставал у окна. И они постоянно друг другу какие-то знаки посылали.
Ольга: – У нас ведь даже окна напротив друг друга были (улыбается). А в 78-м, 26 августа, мы с ним расписались.

Виталий: – Весь двор гулял!
Ольга: – Это было как в деревне. Столько народу! Квартира малогабаритная, там негде было. Поэтому все было во дворе. С пятого этажа спустили колонки. Какие пляски – это было нечто!
Анастасия: – Мам, а платье?
Ольга: – Да. Не знаю почему, но почему-то я решила, что не хочу белое платье. У меня было голубое, и из точно такого же материала у Федора была рубашка сшита. Платье до сих пор дома.
Анастасия: – А в фату я маленькая все время наряжалась.
Ольга: – Как мы за ней ездили – это же был страх Господний! Сутки или двое сидели на Красносельской. Там была мастерская, где ее шили. Ездили отмечаться. Так же, как и в ЗАГС, чтобы нас в очередь поставили.
– А помните, как он первый раз в любви признался?
Ольга: – Не помню! Но потом постоянно говорил. Я ему в день свадьбы говорю: "Ты домой-то иди. Ты же с утра должен ко мне из своего дома прийти". – "А я, – говорит, с утра встану, туда быстренько сбегаю – и обратно приду". Как-то на нас любовь накатила...

– Ругались часто?
Ольга: – У меня такое впечатление, что мы вообще никогда не ругались!
Виталий: – Я не слышал, чтобы они даже голос друг на друга повысили. Шутки – были, ругани – нет. Я всегда говорил маме: "Когда уезжаешь от Федора с Ольгой – как будто чистой воды напился". Настроение после того, как я у вас (обращается к Ольге) останавливался, всегда было прекрасное.

Химическую завивку придумали навеселе

– Когда ты привык видеть человека с самого детства, всегда сложно осознать масштаб его популярности. Когда вы поняли, кто он для людей? Или не задумывались?
Ольга: – Не задумывалась. Для меня он был – мой. И только.
Виталий: – Для меня все это было очень удивительно. Да, было видно, что у него есть свой стиль, своя игра, свой зритель. Но я не очень любил эти моменты, когда мы с Федором либо заходили уже далеко вглубь территории стадиона, либо он приезжал туда на своей машине. Меня в такие моменты всегда уводили в сторону, и я уже кричал: "Федь, я пойду, ты меня после игры уже подберешь".
Не очень любил, потому что нам он уже не принадлежал. Для нас это было странно, и мы внутри с этим мирились – что поделаешь, такая работа. А какое значение он имеет для страны – такими масштабами, признаюсь, не думали.

– В 83-м году, когда Черенкова признали лучшим футболистом СССР, на него выпала сумасшедшая нагрузка. Помимо клуба во внутренних турнирах и еврокубках, основной состав сразу в двух сборных – первой и олимпийской. Было ощущение, что ему особенно тяжело после матчей?
Виталий: – Мне кажется, он вообще терпеливый был. Чтобы пожаловался на что-то – очень редко такое бывало. Мне вспоминается картина, когда я к ним в 14-й дом приходил, а Федор – туда с тренировки или матча. Он сразу тапочки надевал. Смотрю – нога в крови. "Ничего себе, – говорю, – такая шишка!" – "Да, – отвечает, это сегодня".
Смотрю на другую ногу – а та тоже! "А эта – в прошлом матче". Под гетрами были щитки, которые в то время еще были деревянными. Федор прямо при мне вытаскивает из них две сломанные палочки – и новые вставляет. Сломались от ударов! "Они сменные?" – "Да". Для брата это была рабочая ситуация.
Ольга: – Никогда он ни на что не жаловался. Даже когда у него все время какие-то травмы были, он говорил: "Да ты не переживай! Все заживет. Пару дней – и будет нормально".

Виталий: – Когда ты на что-то обращал внимание – мол, у тебя же здесь такая травма, – он даже раздражался, ему было неловко. При любом упоминании того, что ему что-то болит, Федор сразу менял тему. Очень не любил вслух обращать внимание на свое здоровье.
– Все говорят, что он очень стеснялся, когда его начинали превозносить, называть звездой.
Виталий: – Да, это была практически запретная тема. Все должно было оставаться так, как в детстве, юности. Мне кажется, он сам любил общаться с людьми, которые не подчеркивали его достижения. И если кто-то подчеркивал, что он знаменитость, между ними вставала стена, это сильно мешало. Если он кого-то не принимал, то умел как-то вежливо и воспитанно обойти, обтечь этого человека. А так с удовольствием общался с разными людьми.
– Как раз в те времена он носил знаменитую химическую завивку. Как эта прическа родилась?
Ольга: – У меня была хорошая приятельница из салона в Сокольниках, Оля Полякова. С какого-то времени она приходила ко мне домой и тоже делала завивку. И вот однажды мы с ней у нас дома хорошо посидели. Без перебора – просто были по-доброму навеселе. Оля говорит: "Федь, а давай и тебе сделаем такую!" Он: "А давай!" И сделали.
Конечно, когда утром он встал и посмотрел, ему стало немножко не по себе. Но деваться уже было некуда. И после этого она еще долгое время приходила к нам и делала ему эту "химию". Впрочем, он и до того в парикмахерскую не ходил. "Мне некогда, – говорил. – Давай ты". Я сама его и стригла, хотя до этого сроду этого не делала. Но вроде было ничего.

– С кем из партнеров по "Спартаку" общались больше всего – с Родионовым?
Ольга: – Конечно!
Виталий: – Огромное ему спасибо. Они с Федором всегда были настоящими друзьями по жизни. Им всегда было интересно друг с другом – по крайней мере, Федор так говорил. Он со многими людьми общался, про многих тепло отзывался. Ни о ком плохо не говорил. Мы бы даже удивились, если бы он о ком-то что-то дурное сказал. Повернулись бы и посмотрели – он ли это? Если брат про какого-то человека промолчал, для нас это было самое красноречивое. Ничего не ответил – значит, что-то не так. Сильно не так.
А в том "Спартаке" такие отношения были! Родионов, Дасаев, Шавло, Хидиятуллин... Все ходили, обменивались пластинками. Демис Руссос, "Битлз", "Пинк Флойд". Общение было постоянное.

Ольга: – И у нас дома было это общение. Ведь со многими в одном доме жили. Прямо над нами жил Ринат Дасаев, и это была бесконечная тусовка – то в одной квартире посидят, то в другой. Помню, тогда в магазине "Океан" продавали коробки с крабовыми клешнями, и у нас на кухне бесконечно пыхтело, варилось. Куча народу, только успевай накрывать. И гитара. Отдыхать тоже ездили вместе...
Маленькая Настя дружила с Сережкой Родионовым-младшим, а замуж мечтала выйти за Дасаева. Называла его: "Иняк Дасаев". Он ей подарил огромного медведя. А она ему взамен – тоже медведя, самого любимого. И когда Ринат женился, для нее это была трагедия! (смеется)
Из жен игроков я была ближе всех с Ольгой Родионовой, Катей Кузнецовой, Иришкой Морозовой, Танюшкой Сидоровой. В нашем подъезде жил еще Виктор Самохин, позже – Станислав Черчесов...
Анастасия (Ольге): – А помнишь, выезжали куда-то за город на командном автобусе шашлыки жарить – всем "Спартаком" с семьями? Мы все с детьми боролись за руль. Ой, как же было здорово. Тот "Спартак" – это была большая семья.
Они собирались на даче у моего деда по маминой линии с Родионовым, Евгением Кузнецовым, выкорчевывали деревья – у нас и фотографии сохранились. Опять же – шашлыки, гитара.

Ольга: – Мой папа Федора безумно любил. Когда мы только начали встречаться, он Феде сказал: "Не дай Бог ты ее обидишь. Как бы я тебя ни любил – собственными руками придушу". Но он тестя тоже любил. Его отца к тому времени уже не было...
 
Анастасия: – А как он пельменей объелся! Ой!
Ольга: – Он так вкусно ел!
Анастасия: – Мама сейчас ругается, что я ем как папа.
Ольга: – Многое же было дефицитом. Например, марокканские мандарины. Их было трудно достать, долго в очередях стояли. Покупала их по две сумки – зная, как Федор их любит.
А тут моя мама наделала пельменей. И так много! Она думала, что хватит на несколько раз. Сварили, положили – а он ест и ест. "Федя, еще будешь?" – "Да". – "И еще?" – "Да". А потом его начало трясти, плохо стало. Он лег, я его одеялом накрыла – но его аж колотит, настолько объелся этих пельменей...
– Федор был рукастым? Мастерить что-то мог, делать по дому?
Ольга: – Не могу так сказать. Я была и сантехником, и электриком. Сама краны меняла, люстры вешала...

Виталий: – А вот когда росли, он и удочки налаживал, и с ребятами делал ворота, клюшки. Чем-то увлекался – например, был кружок выжигания. Но чтобы что-то интересовало его больше, чем спорт – конечно, нет.
Ольга: – Вспомнила еще забавный эпизод. Так как я Федора очень любила и старалась сделать для него как можно больше хорошего – как-то переусердствовала. Все время стирала ему форму, все было с иголочки. И однажды взяла его игровые трусы и нагладила ему на них стрелки! (смеется). Когда он вышел на тренировку, партнеры увидели и начали смеяться: "Федор, ты чего это?" Он приходит домой, говорит: "Ну зачем ты?" – "Так я же хотела как лучше, как красивее!"

"Заболел из-за перегрузок и чрезмерной ответственности"

– Константин Бесков был человеком суровым. Боялись его?
Ольга: – Нет, потому что очень хорошо общалась с его женой Валерией Николаевной. Помню, мы ехали в Кисловодск, где и игроки проводили отпуск с семьями, и Бесковы. Мы с девчонками сидели, и жена главного тренера говорит: "Девочки, то, что они сейчас мало дома бывают – это цветочки еще. Вот когда они уйдут из футбола – тогда начнутся ягодки. Знаете, как тяжело будет потом, когда они заканчивают играть и не знают, что делать дальше? Тренерами же не все становятся".
А в то время как раз погиб один из лучших игроков "Спартака" 70-х годов Миша Булгаков – выбросился из окна. Он жил рядом с нами в Сокольниках, и Федор тогда очень переживал. Валерия Николаевна все время говорила: "Их надо оберегать, не давать им расслабляться и впадать в тоску, в уныние". Но мне не суждено было после карьеры его сопровождать. Думаю, если бы Федор остался с нами, то сейчас был бы жив. Уверена на сто процентов.

Виталий: – Я тоже так думаю.
Ольга: – Помню, как бросала маленькую Настю с моей мамой, неслась в эту больницу на Каширку, тащила сумки... Приезжала к завтраку, у меня обязательно была бутылочка свежевыжатого морковного сока плюс завтрак, обед и ужин. Весь день проводила там, кормила Федора ужином и только после этого ехала домой. Оставаться в больнице (Научном центре психического здоровья на Каширском шоссе. – Прим. И. Р.) на ночь было нельзя...
Анастасия: – Было бы можно – мама жила бы там.
Ольга: – Даже днем были только определенные часы, когда там можно было находиться. Выходила на улицу, ходила туда-сюда по Каширке, место себе не могла найти. С сумкой, потому что мне негде было ее оставить. Настя была в детском саду, я просила, чтобы ее кто-то забрал. Благо, в том садике была возможность ночевки – только на выходные приезжала моя мама и с ней сидела. Дочка меня просила все время: "Мам, ну оставь меня ночевать, можно я возьму пижаму? Там Коля Дельвин сегодня будет ночевать!" (смеется)
Мне потом врачи сказали: "Не можем понять – у Федора руки и тело стали желтые". Оказалось, все потому, что я каждый день привозила этот морковный сок. Его слишком много было.

Потом мы очень сдружились с врачом Федора из больницы на Каширке – Лидией Семеновной Лиходед. Она очень его любила и много лет выхаживала. Мы даже попугая ей подарили. Для нас она стала больше чем врачом. Приезжала к нам и все время говорила: "Боже мой, как у тебя все вкусно". Мы должны были посидеть, поужинать, поговорить. Я не могу человека просто так отпустить: приехал, свое дело сделал, до свидания.
С какого-то момента мы старались его в стационар не класть. Федор был дома, она приезжала к нам. Если можно было все решить таблетками, то они назначались. У меня был талмуд, где я все это записывала – когда, как, для чего.
Виталий: – И я ей сказал, что единственный раз, когда видел, что Федора долечили до конца – это когда мы вместе жили. Все остальное время он оставался недолечен. Как только кризис проходил, ему тут же звонили футбольные люди и забирали его.

– Черенков ведь и после первого приступа, случившегося в марте 1984 года в Тбилиси перед матчем Кубка УЕФА "Андерлехт" – "Спартак", вышел на поле всего через два месяца, в июне.
Ольга: – Для меня это был такой ужас! Когда я встретила команду в аэропорту, его прямо оттуда увезли в клинику. Сказали: "Ему надо к врачу". А я уже чувствовала, что он какой-то не такой. Потом сказали, что там его оставят. Я сказала: "Давайте я его домой возьму". Надо мной посмеялись. И после этого как на меня навалилось...
– А перед Тбилиси что-то говорило о том, что с ним происходит что-то непонятное? Или – как снег на голову?
Виталий: – Мне кажется, как снег на голову.
Анастасия (Ольге) – Если тебе позвонили, и ты была в шоке – значит, да.
Ольга: – В какой-то момент у меня промелькнула мысль, что какой-то Федор странный стал по отношению ко мне. Как-то по-другому стал говорить. Мог меня крепко схватить и сказать: "Я тебя никогда не оставлю". Это была несвойственная ему фраза.

Виталий: – Обострения всегда проявлялись по-разному. Но очень важный момент лечения была в том, что Оля всегда была рядом. Не просто физически, а мыслями и душой. И она ловила его чувства. Чтобы ускорить процесс улучшения, надо было быть с ним рядом. Заметить движения его настроения и сразу сказать: "Федь, надо то-то и то-то".
Ольга: – Надо поймать. Он говорил: "Что ты придумываешь? Все нормально". Я отвечала: "Уже не нормально". Он начинал чуть по-другому говорить. С другой интонацией. Появлялась не свойственная ему в обычной жизни ухмылка.
Анастасия: – Да, когда у папы начиналось обострение, он очень подозрительно ухмылялся. И вообще появлялась подозрительность к еде, ко всему.
– У него же в Тбилиси и началось с того, что он говорил: "Нас хотят отравить" и "Прячьтесь все!"
Ольга: – Когда все уже начиналось, я звонила Лидии Семеновне, описывала симптомы. Она говорила: "Вот с этого дня начинаешь такое-то лечение". Если не станет легче, значит, увеличиваем дозу. Благодаря этому он чаще всего обходился домашним лечением.
В этот момент его нужно было заставить принимать лекарства, держать этот процесс под контролем. Поэтому я и следила за каждым приемом таблеток. А когда он шел на поправку, уже становилось проще. Он сам начинал понимать, что это надо делать.

Виталий: – Мне кажется, если бы лечение доводилось до конца, может быть, недуг вообще ушел бы. Все должно было делаться в соответствии со строгими показаниями врача – довести пациента до реального улучшения. Это было возможно. Но он к врачам относился не очень хорошо и при первой возможности возвращался в "Спартак" – будь то во время карьеры или выступлений за ветеранов.
– Правильно ли я понимаю, что ни по папиной, ни по маминой линии никаких наследственных намеков на болезнь Федора не было? Говорила ли что-то по этому поводу Лидия Семеновна? Выдвигала ли какие-то версии, откуда все это взялось?
Виталий: – Мы с родными тоже пытались вспомнить, кто из родственников болел психическими заболеваниями. Но в обозримом прошлом – не нашли. Лидия Семеновна говорила, что заболел из-за перегрузок и чрезмерной ответственности Федора. Действительно, он ведь после каждой игры вспоминал только свои ошибки.

– У Федора не было врагов и завистников? Или людей, которые нанесли ему обиду, и он этого не простил?
Виталий: – Не было в его душе местечка, где бы он такое хранил. Может, его и обижали, и он огорчался. На минуту. Что его то ли не поняли, то ли неправильно сделали, но еще поймут. Не сказать, что он не обращал на это внимания. Но оставлял без ответа. Это абсолютно точно.
Ольга: – Надо понимать, что до наступления болезни и после это были два разных человека. До нее у него не было никаких врагов. Он никому никогда не делал плохо – и, соответственно, ему никто не делал плохо...

"Они с Родионовым пришли в "Ред Стар" с ультиматумом: пустите к нам жен!"

– Как вспоминается эпопея с поездкой в "Ред Стар"?
Ольга: – Ужасно. Видимо, на фоне переживаний – Федор уехал из привычной среды. Хотя вроде он так радовался, что его туда берут! Тем более – уезжал вместе с Сережкой (Родионовым. – Прим. И.Р.), не один. Иначе бы не поехал. Но настолько сильно психологически это на него подействовало, что во Франции было очень тяжело. В том числе и мне.
– А вы сразу поехали?
Ольга: – Нет, нам с женой Родионова дали визы только через несколько месяцев.
Виталий: – Насколько помню, их с Сергеем в клубе довели до того, что они пришли с ультиматумом. Федор рассказывал мне, что как-то они с Родионовым сидели и обсуждали: как же мы без жен? Пришли и высказали. Только после этого что-то изменилось.

Анастасия: – Я была маленькая, но что-то помню. Первые месяцы Федя и дядя Сережа жили в гостинице. И истосковались, потому что им даже квартиры не могли найти. Обсудили ситуацию и высказали все в лицо руководителям клуба. После этого мы и смогли прилететь. Помню, дома записывали и взяли с собой целый чемодан аудиокассет с нашей музыкой! Алексея Глызина, например. И, как сейчас помню, тосковали по черному хлебу. Помнишь, мам?
Ольга: – Помню. Как и то, что, как дура, набрала с собой какой-то крупы. Для меня отъезд вообще был трагедией. Я человек очень постоянный, для меня менять что-то в жизни очень сложно. Провожать меня приехала подружка из другого города. После прилета нас тоже поселили в гостинице.
Анастасия: – Нас с Сережкой Родионовым-младшим обожали повара в этом отеле. Мы там были королями. Чего нам только ни давали! Нас учили есть спагетти с ложкой. А мы дети, нам скучно. Так нам давали стреляющие присоски и отправляли на гостиничный двор состязаться, у кого выше эта присоска прыгнет.

Ольга: – Одна из сложностей заключалась в том, что нас с Родионовым поселили очень далеко друг от друга. Но в то же время напротив Бубнова – не очень приятного человека. Я так поняла, что Федор к нему относился не очень.
Виталий: – Хотя ничего плохого, как и обо всех остальных, Федор о нем не говорил. Единственное, что помню про Бубнова, – это наш диалог с братом. "К нам пришел новый защитник". – "Ну что, хороший?" Задумался: "Нападающий его не пройдет. Он его срубит". Как это расценить – не знаю.
– Когда вы приехали во Францию, все еще было благополучно? Или сразу стало понятно, что все не так?
Ольга: – Мне кажется, сразу.
Анастасия: – Может, в тот период, когда мы все вместе жили в гостинице, было нормально. Папа общался с Сергеем, мама – с тетей Олей, мы – с Сережкой... Огромное впечатление на нас производили магазины – у нас же еще не было "Ашанов", а там был, например, Carrefour. Продукты в тачку, Барби какую-нибудь зацепишь – и вперед! И папе, мне кажется, в магазинах нравилось.

– Зимой, спустя полгода после отъезда, Федор вернулся в Москву и больше во Францию не поехал. Вы знали, что возвращаетесь с концами?
Ольга: – Федор этого, мне кажется, изначально не понимал. Ему все было преподнесено так, что надо съездить в Москву на какой-то период. Я-то знала, что мы в Париж уже не вернемся. Мы же общались с тамошними врачами. И не услышали от них ничего ни нового, ни хорошего. Даже вещи не успели собрать – нам потом их коробками пересылали. Мы возвращались вместе.
Виталий: – В апреле следующего, 91-го года "Спартак" играл полуфинал Кубка чемпионов в Марселе. Это был первый раз, когда я попал за границу. Федор сказал: "У нас, оказывается, есть клуб болельщиков, который организует поездки с командой. Не хочешь с нами съездить?" Конечно, я хотел, и мы поехали – с женами, родственниками игроков.
Нас подвезли почти на сам матч. Он был в семь, а в два местные болельщики уже отрабатывали речевки с барабанами. Мы с Федором зашли в магазин, он выбирал какой-то подарок. И тут его узнал продавец. "О, Федор Черенков, "Ред Стар"! И брат там что-то понимал и даже отвечал по-французски.

Продолжение следует в третьей части...

Первую часть читайте здесь.

 

Источник: www.sport-express.ru
 
 
+15

 

Изменено пользователем Copernik
...
1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
3 часа назад, ex Мистер И сказал:

Кризис среднего возраста, однако...

Как?! Как ты смог это прочитать? Там же Кличко отдыхает!

Переведи, плиз, на русский язык, что там написано))))

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
50 минут назад, Luzern сказал:

Как?! Как ты смог это прочитать? Там же Клячок отдыхает!

Переведи, плиз, на русский язык, что там написано))))

Ну-да, каГтавит немного ─ но читать можно...

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Бывший главный тренер «Краснодара» Игорь Шалимов заявил, что не считает неоправданно резкими свои высказывания в адрес наставника московского «Спартака» Олега Кононова.

«Не считаю. Я не говорю о Кононове как о тренере. Говорю как о человеке», — цитирует специалиста «Спорт-Экспресс».

По его мнению, слова Кононова про спартаковские традиции являются пиаром и маской. Шалимов также подчеркнул, что не может представить, как великие люди в истории клуба могли сказать что-то подобное Кононову, который поздравил фанатов и близких легендарного футболиста команды Фёдора Черенкова в день 60-летия со дня его рождения.

«Если вы не можете связать двух слов, в голове туман, то зачем ехать на публичное мероприятие?» — сказал Шалимов.

Ранее Шалимов объяснил свои высказывания в адрес Кононова.

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
13 часа назад, Luzern сказал:

Как?! Как ты смог это прочитать? Там же Кличко отдыхает!

Переведи, плиз, на русский язык, что там написано))))

Оскорбил на эмоциях. Потом Остапа пронесло. И вроде понимает, что надо извиниться, и не хочется признавать свой провал.

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Фото профиля shalimov_igor8

shalimov_igor8

@kirbelousov89 думаю, если бы сегодняшний Спартак играл бы, как при мне Краснодар многие были счастливы! И тот Краснодар по составу был не сильнее сегодняшнего Спартака !
0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
В 27.07.2019 в 21:05, ex Мистер И сказал:

Оскорбил на эмоциях. Потом Остапа пронесло. И вроде понимает, что надо извиниться, и не хочется признавать свой провал.

Извиниться?! Ты серьёзно?! Вот свеженькое

 

Screenshot_2019-07-29-10-31-00.png

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
39 минут назад, Luzern сказал:
Фото профиля shalimov_igor8

shalimov_igor8

@kirbelousov89 думаю, если бы сегодняшний Спартак играл бы, как при мне Краснодар многие были счастливы! И тот Краснодар по составу был не сильнее сегодняшнего Спартака !

:facepalm: Что он несет? Отберите у человека телефон или с чего он там пишет всё это!

2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
1 минуту назад, Iguana сказал:

:facepalm: Что он несет? Отберите у человека телефон или с чего он там пишет всё это!

ты хочешь сказать, что сегодняшний свинарник играет лучше чем Краснодар при Шалимове?

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
1 минуту назад, Iguana сказал:

Я хочу сказать, что Краснодар при Шалимове был ровно таким же по составу, как и при Мусаеве в ту весну, когда тот сменил Игоря Михайловича. Но это были два разных Краснодара.

тут не спорю, вот только тот Краснодар Шалимова, по моему мнению, выглядел по лучше нынешней свинарни ))) игра конечно была не очень, а для кого то и ужасна, но там хоть была видна какая то система, тактика и какой не какой, пускай плохой, но стиль, а у поросей что не матч, то новое шоу, кто в лес, кто по дрова, кто вообще пошел купаться )))

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
2 минуты назад, Дагестанская Мессия сказал:

Игорь крут)) 

да ему вообще спасибо нужно сказать, за то что он делает сейчас ))) знатно качает лодку зі свинями, а кто бы что не думал, но они всё равно наши конкуренты и чем сильнее их колбасит, тем нам лучше ))

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
22 минуты назад, Iguana сказал:

:facepalm: Что он несет? Отберите у человека телефон или с чего он там пишет всё это!

бутылку надо отбирать((

2

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
37 минут назад, Дагестанская Мессия сказал:

Игорь крут)) 

Даже жаль, что кроме него об этом никто не знает.

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
2 часа назад, Luzern сказал:

Даже жаль, что кроме него об этом никто не знает.

Как бы ни так. Стал бы ты на полное ничтожество тратить столько своих сил и энергии, которых хватило бы сдвинуть горы Гималаи!

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Низко, Игорь Михайлович, низко и пошло. 

Не понял я и посыла Шалимова. Что не так в том, что в день рождения (а не в дату смерти), Черенкова поздравили с днём рождения? Чушь. 

Изменено пользователем Cerep
3

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Лучше поздно чем никогда. Правда о Шалимове, "письме четырнадцати", и Садырине, которого он "загубил".

Сергей Хусаинов: "Я погибал три раза"

50 ГРАММ С САДЫРИНЫМ

- Впервые конфликт игроков сборной и руководства вспыхнул на чемпионате мира-90 в Италии. Это было на ваших глазах?

- Да. Первая серьезная разборка из-за денег. Но ребят можно было понять. Сидим на последнем матче - Дасаев, Демьяненко, Бессонов, Хидиятуллин и я. Подходит представитель фирмы, выпускавшей компьютеры. С ней у сборной был спонсорский контракт. "Почему так плохо играете? Мы же вам солидные деньги за выход из группы обещали! По сто тысяч каждому!" - "Какие сто тысяч? - изумился Дасаев. - Впервые слышу". Представляете, у нас в федерации даже не удосужились донести эту информацию до игроков!

- Почему?

- Не догадываетесь? Чтоб самим по-тихому деньги поделить. Еще на команду давали десять компьютеров стоимостью 60 тысяч долларов. Вот ребята и взбунтовались. Отказывались уезжать из Чокко, пока не заплатят деньги.

- Как отреагировал Лобановский?

- Был на стороне футболистов. Предложил: "Давайте в Киев позвоню - там найдут деньги и рассчитаются. А федерация потом все вернет". Но поднялся Хидиятуллин: "При чем здесь Киев? Пусть федерация платит. Деньги у нее есть". Симонян, руководитель делегации, в панике звонит в Спорткомитет: "Что делать?" Оттуда единственный вопрос: "Если команда не улетит, сколько платить за простой самолета?" Оказалось, намного дороже, чем рассчитаться с футболистами. Только после этого заплатили.

- Говорят, "письмо четырнадцати" было написано вашей рукой…

- Глупости. Для меня оно стало такой же неожиданностью, как для всех.

- Знаете, кто был автором письма?

- Приятель Шалимова, один из помощников Тарпищева. Претензии ребят по форме Reebok понять можно. Когда Кирьяков получил майку, то радостно сообщил мне: "Григорьич, трусы не выдавай". Потому что майка была ему ниже колена. И вот в афинской раздевалке после поражения от греков Шалимов спрашивает Колоскова: "Откуда взялся Reebok?" Тот объясняет: "Это наш технический спонсор. Соглашение с Reebok подписал я, а от лица команды - Садырин". Пал Федорыч промолчал. Но в гостинице после ужина сказал Шалимову: "Клянусь, я ничего не подписывал!" На что Игорь ответил: "Пал Федорыч, это надо было при всех в раздевалке сказать, а не сейчас".

- От поездки со сборной на чемпионат мира-94 вас сразу отстранили?

- Я узнал обо всем последним! До этого занимался вопросами формы, виз и прочим. Но что-то меня насторожило. Решил у Симоняна все выяснить. Тот отослал к Колоскову, который сказал: "Вы никуда не едете. Есть мнение, что письмо отказников было организовано вами".

- Что ответили?

- "Я никогда такими вещами не занимался". А начальник отдела обеспечения сборных РФС Володя Сахаров вообще заявил: "Я с тобой, тварь, больше разговаривать не буду". Хотя до этого были прекрасные отношения. Говорю: "Володя, ты не прав". - "Да пошел ты…"

- Так и не общаетесь?

- Спустя три года по случаю дня рождения накрываю стол в РФС. Заходит народ, поздравляет. Когда в комнате остались лишь я да девчонки из международного отдела, появляется Сахаров. Падает на колени: "Серега, прости!" Я был растроган до слез. И с Садыриным позже был разговор на эту тему. Мы пересеклись в Тольятти. Он привез туда "Зенит" на матч с "Ладой". А я судил игру "Крыльев". Поле в Самаре было не готово, и матч перенесли в соседний Тольятти. На стадионе в ложе VIP столкнулись с Садыриным. Он предложил махнуть по 50 грамм и отвел в сторону: "Извини, был не прав". Я расчувствовался: "Пал Федорыч, спасибо вам большое".

Но об этом не знают ни Семин, ни Игнатьев, ни Симонян. Они-то до сих пор уверены, что все подстроил я.

.      https://www.sport-express.ru/fridays/reviews/784271/

https://www.sport-express.ru/football/rusteam/reviews/25-let-pismu-chetyrnadcati-ogromnoe-rassledovanie-se-1480028/

Изменено пользователем Гость
0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
24 минуты назад, Гость сказал:

Лучше поздно чем никогда. Правда о Шалимове, "письме четырнадцати", и Садырине, которого он "загубил".

 

в данном случае  лучше никогда , чем позже !!!,  даже не знаю кому интересны эти  чужие нафталиновые скелеты из шкафа . 

 

Изменено пользователем brazuca
0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
7 минут назад, brazuca сказал:

в данном случае  лучше никогда , чем позже !!!, нафига эти  по сути чужие скелеты из шкафа ?  

Пока на форуме существует данная тема эти скелеты наши, и не мною они были не единожды потревожены. Я здесь читал всю неправду о нем, и имею право предложить мнение тех кто в этом действительно компетентен.

Изменено пользователем Гость
0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
1 минуту назад, Гость сказал:

Пока на форуме существует данная тема эти скелеты наши, и не мною они были не единожды потревожены.

Все на Шалю надрачиваешь?

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
9 минут назад, Luzern сказал:

Все на Шалю надрачиваешь?

На истину, которую следует знать всегда.

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
10 минут назад, Гость сказал:

На истину, которую следует знать всегда.

Истинный дрочун)))))

0

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас